Начало
  Предисловие
  Книги о Ралионе
  Энциклопедия Ралиона
  Подробности

Ралион V: Изгнанники (Часть 1)
VI.

- Тебе приходилось тайком проникать на территорию врага? - поинтересовался Вемкамтамаи. - Не разведывать и наблюдать, а просачиваться в укреплённые места, наносить внезапные удары и всё такое?

- Не доводилось, - признался воин.

Ольт вопросительно посмотрел на Фиар. Та тоже покачала головой.

- Мне и на войне-то настоящей бывать не приходилось, - пояснила она. - А было бы интересно.

Воин недоумённо посмотрел на неё.

- Похоже, ты не знаешь, чего хочешь, хелауа, - заметил он раздражённо. - Правда, твоё любопытство будет удовлетворено в полной мере.

Фиар махнула рукой и отвернулась.

- Понятно, - ольт поднялся. - Тогда решено. Я с помощниками отправляюсь в сторону поста. Вам двоим надо будет задержать карательный отряд и непременно остаться в живых. Всё остальное не имеет никакого значения.

Все трое поднялись, и ольт слегка поклонился сначала Фиар, затем Ривллиму.

- Да не оставит нас Хранительница, - закончил он и направился к одному из привязанных коней.

Взвилось и осело облако пыли, взбитой множеством копыт.

- Ну вот, - воин поглядел на содержимое давешнего тайника. Они остались вдвоём; те, кто не поехал с ольтом, ушли на восток, забрав и пленных шалиритов. - Сейчас узнаешь, что такое настоящая война. Где не бывает честного боя.

- Я и не отказываюсь, - девушка уселась перед грудой разного оружия и повернула лицо к воину. - Ну что, пошли расставлять ловушки?

- Яд, огонь и стрелы, - задумчиво произнёс Ривллим, поднимаясь на ноги. - Кто бы только мог подумать.

* * *

Порох был известен давным-давно; первые алхимики получали от властей щедрую помощь только для того, чтобы открыть новые способы того, как навредить человеку - взрывом ли, ядом, болезнью или чем-нибудь ещё. У историков должно остаться впечатление, что положительные, во всех смыслах полезные открытия стали возможны только благодаря не меньшему числу открытий, опасных для самого существования жизни.

Ривллим знал, что порох и прочая пиротехника - жидкий огонь, ольдисан, к примеру - были известны ещё его предкам. Видел он и последствия применения подобного оружия. С точки зрения простых солдат и мирных жителей, на землях которых война не забывала собирать причитающуюся дань. Последствия были ужасными.

Применение подобного пошло на убыль; причём как-то исподволь. Никто не знал отчего, но наиболее разрушительные достижения неизменно оказывались под запретом. Возможно, на то была воля богов; возможно, доставало и воли смертных. Сейчас Ривллим видел перед собой коллекцию исключительно эффективного запрещённого оружия. Интересно, как Вемкамтамаи улаживает споры с совестью?

- Я знаю, о чём ты думаешь, - Фиар взяла в руки арбалет и поразительно ловко взвела его. - Всё это оружие должно быть запрещённым, верно?

- Верно.

- Шалириты охотно используют яд, огонь и проклятия. Они не считают жизнь человека настолько ценной, чтобы так беспокоиться о ней. Людей много. Земли мало. Выживает сильнейший.

- Кто это тебе сказал?

- Один из пленников. Он долго разглагольствовал о том, что низшие народы будут стёрты с лица земли; что им, потомкам Шалир, необходимо пространство и богатства природы и всё такое прочее. Оказалось, правда, что скулить и просить о пощаде он умеет так же хорошо, как и низшие народы.

Воин схватил девушку за плечи и повернул лицом к себе.

- Что ты с ним сделала?

- Ничего, - она даже не попыталась вырваться. Лишь рассмеялась. - Просто испугала. Успокойся, сайир. Помни, что это дикари. Страх и сила - вот и всё, во что они верят.

Она осторожно опустила свои ладони поверх ладоней Ривллима, и тот ощутил, как живое тепло вливается в его руки. Фиар пристально смотрела ему в глаза, продолжая улыбаться. В конце концов, она медленно убрала руки и воин - так же неторопливо - убрал свои. Чёрная куртка чуть вздрогнула и вновь оказалась безукоризненно гладкой. Проклятая магия.

- Ты много думаешь обо мне, - задумчиво добавила Фиар другим тоном. - Но в основном ты ошибаешься. Я всегда абсолютно точно знаю, чего хочу.

- Поиграть со смертью?

- Нет, - она взвалила на плечо связку боеприпасов. - Испробовать все эти игрушки. На тех, кто любит их больше всего на свете. Не стой столбом, помоги.

- - -

Поблизости от поляны, на которую вела тропинка от Шести Башен, стоял у обочины путевой столб. Некогда посвящённый Хранительнице и её грозной Сестре, он был осквернён и расписан неизвестными путешественникам символами. Надписи были сделаны кровью. Ривллим нахмурился.

- Шалириты, - пояснила девушка. - Кто ж ещё. Надписи во славу их Шалир или подобной мерзости.

- Насмехаешься над богами?

- Никто из богов мне не хозяин, - Фиар повернулась к столбу и плюнула на одну из кровавых надписей. Та сразу же зашипела, повалил едкий дым.

- Прекрати! - воин сделал шаг назад, увлекая Фиар за собой. Над столбом постепенно сгущалось чёрное облачко; резная фигурка на вершине столба приняла облик чудовища - крылатого и многорукого, с женским торсом и головой. Глаза у фигурки зажглись пурпурным сиянием, холод пополз по спине воина.

Добела раскалённой дугой пронёсся над столбом Солнечный Лист, и фигурка упала к ногам девушки, на лету превратившись в пепел. Что-то взревело - сильно, но очень далеко отсюда. Чёрный дым рассеялся, и стало тихо.

- С ума сошла? - воин повернулся к поражённой девушке, держа Лист наготове. - Хорошо, если это не будет стоить нам жизни!

Клинок Листа неожиданно засиял, словно маленькое солнце. Столб почернел и вспыхнул - сильно и жарко, словно будто пропитанный маслом. Несколько секунд бушевало пламя, и так же внезапно угасло.

Столб остался чистым, не обгоревшим; поверхность его посветлела. Все кровавые надписи и знаки исчезли, как и не было.

Ривллим вложил погасший Лист в ножны, и ножом трижды вырезал на поверхности столба руну, обозначавшую Хранительницу.

Столб засветился и медленно, очень медленно угас. Приложив к нему ладонь, человек ощутил живое тепло. Крохотные ветви показались из трещин и отверстий на теле столба и уверенно поползлипотянулись вверх, к солнцу, выпуская молоденькие, клейкие листики. За несколько минут мёртвый столб стал живым деревцем

- Прошу прощения, - услышал воин и усмехнулся. Не всё ещё потеряно. Обернувшись, он увидел, что Фиар обращается не к нему, а к столбу. Она стояла, прикоснувшись кончиками пальцев к деревцу, и на лице её было написано смущение.

Которое, конечно же, продержалось совсем недолго.

- - -

Ольт не вполне представлял себе, что будет делать.

Предоставляется возможность отомстить тем, кто во вчерашнем прошлом сровнял с землёй его родной город. А самого его, ослеплённого, сделал любимым шутом императора. Всадник, произнесший не так давно слово шут, всколыхнул древнюю недобрую память. Вемкамтамаи впервые пожалел, что не смог забыть то прошлое навсегда. Тёмное прошлое длиной в четыре тысячи лет.

Где-то рядом живут те, кто в подлинном прошлом вызвал у него ненависть, помогшую продержаться до момента, когда случай помог бежать. Вемкамтамаи с удивлением осознал, что желает смерти этих людей - прежде, чем его родной город будет уничтожен и здесь. Но может ли быть справедливой месть, вызванная тем, что не произошло?

Неожиданный спаситель, отмеченный силой Хранительницы, спросил Вемкамтамаи, обладает ли ольт зрением. Но объяснить, отчего ольт видит всё вокруг себя, одновременно - означало бы признать, что он, Вемкамтамаи, позволил провести над собой эксперимент. Что стал добровольным подопытным тех, кто много лет спустя создал живое оружие. Закрыть новые глаза невозможно: разве что целиком закутаться в несколько слоёв плотной ткани.

Со стороны это должно быть страшновато. Вемкамтамаи вспоминал, как заново учился ходить, как более сорока лет восстанавливал боевые навыки. Память о настоящем, первоначальном зрении была надёжно скрыта под пластами веков. Казалось, что надёжно...

Он не знал, что будет делать. Шалириты являются злом. Пока ещё они не собрали кулак, достаточный для нападения на Фельир-Альд, лесное государство, откуда родом Вемкамтамаи. Но нападут. И вырежут почти всех. Ольт скрипнул зубами. Если он сумеет добраться до Фельир-Альд, то во что бы то ни стало попытается предотвратить бойню. При условии, конечно, что вначале они справятся с ближайшей, не менее страшной, угрозой. Там, за спиной, более трёх тысяч человек, которым грозит ужасная, недостойная человека смерть. Фиар и Ривллим, несомненно, справятся. Они прекрасно дополняют друг друга - её дикий нрав и нежелание подчиняться и его опыт, подкреплённый спокойствием и выдержкой. Сильный человек. Быстро справился с осознанием того, что домой дороги нет.

И всё-таки, как поступать? Оружия много; скромные познания в магии вместе со сноровкой и знанием этих мест помогут напасть на пост незаметно. Пленник сообщил (после того, как Фиар пообещала подогреть его немножко), что солдат здесь немного - восемь десяток. Было, значит, чуть больше сотни. Отлично. Пять дней пути до Шайра. И это здорово. Если к моменту уничтожения поста Той-Альер поверит посланию и пришлёт хоть какую-то поддержку, дорога на юг для шалиритов будет закрыта. Хорошо, что не все тайники с оружием были найдены - и уничтожены. Хотелось бы знать, как Фиар удалось отыскать такой - буквально в десятке шагов от места первой встречи с противником...

Он воспользуется запрещённым оружием. И потеряет уважение в глазах большинства своих соотечественников. Но есть ли выбор? Драться голыми руками? Самодельными копьями и стрелами против жидкого огня?

Когда я решил напасть на пост и стереть его с лица земли, Фиар была в восторге. Но она ещё ребёнок, а я? Отчего я пережил точно такую же жестокую радость?

...Спутники Вемкамтамаи время от времени поглядывали на страшное, угрюмое лицо своего предводителя, но не решались спросить, о чём тот думает.

Знакомого вида деревянный столб первым заметил сопровождающий по имени Нолл. И тут же ольт почувствовал, как чьё-то подозрительное внимание царапает его зрячую кожу.

Он поднял руку.

Все трое его спутников немедленно остановили коней и умолкли. Чужой, тяжёлый взгляд ползал вокруг; ольт смутно понимал, что знает, кому принадлежит этот взгляд. Той силе, которую здесь зовут Шалир. Что она представляет из себя на самом деле, ещё предстоит выяснить.

Кто бы то ни был, он - она? - не реагировал на неподвижные предметы. Вернее, на медленно движущиеся. Ольт приподнялся в седле и заметил, что подобные же столбы разбросаны и дальше - так, чтобы их взгляд охватывал возможно большие области. Теперь понятно, отчего предыдущий отряд двигался так беззаботно, не посылая разведчиков, не скрываясь.

А ещё ольт припомнил, что подобный столб находится на той самой поляне, на которой произошло первое столкновение с шалиритами. Догадаются ли двое его спутников, что столб - тщательно замаскированная ловушка? Если нет, быть беде.

- Отступаем, - велел ольт. - Все вниз, вон туда, за холм. Там остановимся и подумаем.

- - -

- Верхом не поеду, - заявила Фиар. - Не переношу лошадей. К тому же, меч-то у тебя.

- Ладно, - согласился Ривллим. - Первые должны появиться на главной дороге. Если с ними справимся...

- ...когда с ними справимся, - поправила его девушка, очаровательно улыбаясь.

- ...они, несомненно, разделятся и попытаются нас окружить. В этом случае отступаем на восток, к Башням. Если я правильно понял Вемкамтамаи, отряд надо задержать. Не дать им заняться преследованием.

- Сможем, - заверила Фиар. В чёрном облачении, обвешанная оружием, она производила жуткое впечатление. - Ещё как сможем. Правда, снова устану, как последняя собака... - она обвела окрестности взглядом и мечтательно произнесла: - Сейчас бы мяса... жареного, с кровью...

- Будет тебе мясо, - пообещал Ривллим. Дичи вокруг полно. - После боя.

- Почему не прямо сейчас? - изумилась Фиар и, недолго думая, прицелилась в пролетавшую высоко над ними утку.

Воин шагнул к ней и обезоружил неуловимо быстрым движением.

На миг Фиар застыла, сжав кулаки и яростно сверкая глазами... после чего отступила на шаг и холодно произнесла:

- Я говорила тебе, что давно не ребёнок. Сделаешь так ещё раз - пожалеешь.

- Помнишь, чьё это оружие? - Ривллим перевернул арбалет. Там, полустёртые, виднелись буквы, напоминавшие кровавую надпись на столбе. - А теперь посмотри туда, - и Ривллим, не обращая внимания на жар, исходящий от девушки, указал на обновлённый столб. - Угадай, что с тобой будет, если выстрелишь?

Тень сомнения пробежала по лицу Фиар.

- Я не... - она запнулась. Лицо её потемнело, и она отступила ещё на несколько шагов.

- Если бы ты знал, сколько времени я голодала там, в подземелье! Неужели Хранительница пожалела бы для меня одной несчастной утки? Или ты пытаешься испугать меня?

- Стрелы отравлены, - Ривллим протянул разряженный арбалет обратно и та, в замешательстве, взяла его. - К тому же, наедаться перед боем - последнее дело. Могу дать сухарей, если совсем невтерпёж.

- Сухари, - презрительно скривилась Фиар. - Сухари... Ну хорошо, сайир. Но ты дал уже два обещания.

- Я помню. Ну что, всё готово?

- Всё, - девушка осмотрела себя, спутника, и, взяв его за руки, подержала их несколько секунд. И вновь воин ощутил огонь, переливающийся в него из чужого тела. Ощущение было и приятным, и страшноватым. - Удачи.

И исчезла в зарослях.

Этот её чёрный костюм, оказывается, ещё и маскирует владельца! Заметить Фиар в чаще не удавалось, а она ведь не ольтийка. Интересно, как ей удаются фокусы с огнём? Ольт что-то знает об этом, но ведь ничего не скажет!

Воин чуть натянул поводья, и конь послушно направился мимо обновлённого столба - туда, откуда должна вот-вот нагрянуть карательная армия.

* * *

Генерал Той-Альер считал, что удивить его невозможно.

Он отучился удивляться, когда ольты, карлики и другие, по сути своей мирные, народы перестали прятаться в лесах, откуда их выкуривали пожарами и выгоняли голодом, и взяли в руки оружие. Тысяча лет без войн - слишком сильный яд для инстинкта самосохранения. Той-Альера, выходца с западных островов (а, следовательно, дикаря, варвара), немало позабавил сам факт того, что именно его попросили возглавить оборону.

Остатки некогда могучей империи Ар-ра, обессиленные эпидемиями и блокадой, перестали заслонять Меорн. Теперь, когда на западе, северо-западе и относительно далёком севере встали неисчислимые армии кочевников, вопрос стал очень просто: жизнь или смерть. Вслед за падением Меорна этот же вопрос встанет перед Сеаринхетами (обитателями Сеаринха, обширного лесного массива к востоку от города). А также у центральных ольтийских государств и даже у далёкого Алтиона на восточном побережье. Алтион, торгующий зерном со всем континентом, прежде никто не трогал: человек в здравом уме не станет готовить жаркое из гуся, несущего золотые яйца.

Шалириты станут.

За последние пять лет генерал сумел убедить соседей, что только военный союз сможет остановить продвижение шалиритов, этой конной саранчи.

Что делать теперь, когда кольцо блокады более не сжимается?

И этот гонец, провалиться ему на месте. То, что сообщал неведомый никому Вемкамтамаи, не мог знать ни один смертный. Эта часть биографии генерала знакома только тем, кто отступал вместе с ним после неудачной попытки взять Шайр. И если верить этому невероятному донесению...

То Шайр можно будет взять в ближайшее время.

А это - первый шаг к свободе. По слухам, северные ольты и несколько крохотных горных королевств стойко сопротивляются привыкшим к равнинам кочевникам. Если удастся заключить с ними союз...

Генерал помотал головой. Мечты опасны. В особенности, если о желанном думать, как о свершившемся. Втройне опасны подобные мечтания на войне.

- Роимала ко мне, - приказал генерал и через пять минут молодой капитан, один из немногих, переживших тот самый поход к Шайру, стоял, внимательно глядя генералу в глаза.

- Новые союзники ожидают нас у Шести Башен, - сообщил генерал.

Видно было, чего стоило молодому человеку сохранить спокойное выражение лица.

- Возьми сто человек и отправляйся к Пепелищам, - продолжал Той-Альер. - Немедленно. Всем постам будет приказано содействовать вашей миссии. Подробности в этом пакете, прочтёшь по прибытии.

Капитан кивнул.

- На сборы три часа, - добавил генерал на прощание. - В добрый путь.

Последнюю фразу генерал произнёс на родном языке, и капитан долго думал впоследствии - отчего Той-Альер поверил загадочному донесению, почти не раздумывая?

...А генерал долго думал - не подвела ли его интуиция?

На войне каждая ошибка может оказаться последней. А боги... они помогают лишь тем, кто сам отвечает за собственную лень и глупость.

- - -

- Кто-нибудь знает что-либо об этом месте? - поинтересовался ольт.

Нолл покачал головой. То же проделал и второй сопровождающий, оружейник Айрленн.

- Отец рассказывал, - начал третий, Даур. Отец его был лесником. - Сторожевая башня, пять построек; небольшая деревня поблизости.

- Подземные хода? - спросил ольт. Собственная память ему пока не помогала.

- Нет, - покачал головой Даур. На вид ему было не более тридцати, но волосы были совсем седыми. Он выглядел гораздо старше пятидесятилетнего Айрленна. - Ничего подобного. Тут кругом пески да глина.

- Превосходно, - ольт спешился. - Айрленн, отведи лошадей вон туда, к старой осине. Двигаться тихо, быть начеку. Ловушки могут быть повсюду.

На самом деле ольт не ощущал непосредственной опасности, но позволить малоопытным помощникам расслабиться - означало бы рисковать жизнью всех, кто участвовал в сопротивлении шалиритам. Включая Ривллима и Фиар.

Когда Айрленн вернулся, ольт обвёл взглядом всех троих и объявил:

- С этого момента все мои приказания выполнять в точности и немедленно. Есть у кого-нибудь при себе амулеты, священные символы, магические предметы?

Двое кивнули.

- Я предупреждал: не брать с собой ничего. Ладно. Сейчас спрячем всё это; заберём на обратном пути.

- Но почему? - не выдержал Даур.

- Вы не похожи на опытных магов. Значит, не сможете скрыть эти предметы, как следует. Далее. К башне будем пробираться с запада, мимо сторожевых столбов. Передвигаться будем ползком. По моей команде. Двигаться медленно, смотреть только в землю перед собой и тихо говорить о том, что видите.

Вемкамтамаи поднял голову. На лицах его спутников появилось весьма нелестное выражение.

- Столбы посвящены той силе, которая покровительствует захватчикам, - пояснил ольт. - Смотреть на них, прикасаться к ним - опасно для жизни. Надо выбросить их из головы, не позволять себе думать о них. Иначе и мы, и оставшиеся у Башен, рискуем жизнью. Теперь понятно?

Всем было понятно. Каждый из троих помнил отвратительное ощущение, которое приходило, стоило лишь взглянутьвозникающее при взгляде на сторожевой столб.

- А если нас засекут с башни? - поинтересовался Даур.

- Смотреть на столбы небезопасно для всех без исключения, - возразил ольт. Они расставлены так, чтобы часовой не мог увидеть их. Подобраться к башне трудно, но можно. Самое главное, не выдавать своего присутствия, пока мы поблизости от столбов.

- Откуда вы знаете окрестности? - поразился Даур. - Вы ведь говорили, что прибыли сюда недавно.

- Позже, - ольт поднял руку ладонью перед собой. - Я расскажу в другой раз. Итак, магические предметы...

Его спутники сложили всё, о чём шла речь, в небольшой полотняный мешочек. Ольт слегка присыпал его листвой, провёл над этим местом сложенными лодочкой ладонями и свёрток... исчез.

- Здорово! - прошептал Даур. - Куда они делись?

- Они никуда не делись, - пояснил ольт. - Просто они не привлекают ничьего внимания.

- Тогда в путь? - спросил Айрленн, улыбаясь.

- Нет, - покачал головой Вемкамтамаи. - Дождёмся, когда их отряд отправится на юг.

После чего повернулся лицом к дороге и сел, скрестив ноги и соединив пальцы рук в замок. Лошади, видимо, были приучены к незримому присутствию Шалир - вели себя спокойно, не издавая ни звука.

Спустя десяток минут до четвёрки донёсся далёкий грохот множества копыт. Точнее, донёсся до Вемкамтамаи. Остальные вздрогнули, когда ольт неожиданно вскочил (бесшумно, как всегда) и, завязывая пояс, объявил:

- Пора.

- - -

Ривллим двигался у левой обочины, стараясь не приближаться к середине дороги, щедро засеянной всевозможными сюрпризами. Куда делась Фиар и что делала в этот момент, Ривллим не знал, хотя порой казалось, что слабый шорох доносится откуда-то спереди и справа.

Вемкамтамаи быстро освоился здесь, думал Ривллим. С первого же мгновения. Сразу же поверил, что всё происходящее - происходит на самом деле, и другого не дано. Или дано? Может быть, когда его, Ривллима, убьют, он попросту проснётся от кошмара и увидит...

Что увидит?

Костёр, возле которого они не так давно отдыхали втроём с девушкой и ольтом?

В таком случае лучше вообще не просыпаться, подумал Ривллим и чуть вздрогнул. Ему послышались тревожные крики птиц. Кто-то движется по дороге.

Он отвёл коня чуть в сторону и осторожно взвёл арбалет. Стрелять из укрытия отравленной стрелой - невелика доблесть, но честного боя, как известно, не бывает. Поединки на спортивных играх и настоящая война - две большие разницы.

Всадники катились лавиной. Они действительно не заботились о безопасности. Ощущение собственного превосходства сыграло с ними злую шутку.

Воин успел выстрелить в скачущего первым шалирита - несомненно, кого-то из важных - и, уже не заботясь об укрытии, погнал коня назад - вдоль правой обочины, так, чтобы его видели.

Позади него что-то мягко зашипело.

И яркая вспышка за спиной затмила солнце. Призрачные тени легли на бешено несущуюся назад дорогу; чёрным показалось небо над головой. А за спиной всё ещё раздавалось громкое шипение и шелест - и, едва различимые на их фоне, крики и проклятия.

Первый удар нанесён.

Ривллим едва успел вернуться к путевому столбу, как со стороны развилки послышалось знакомое шипение и слабый свист. Сам он успел прикрыть рукой глаза: увидеть то, что должно было произойти, означало верную смерть.

На его беду, конь не последовал примеру всадника.

- - -

Двигаться ползком было непривычно и не очень-то приятно. Их путь, судя по расчётам, должен завершиться минут через десять в относительно безопасном месте, в мёртвой зоне под стенами башни. Установка сторожевых столбов - дело непростое и требует от жрецов изрядных усилий. За свою помощь божества требуют немало, а уж Владыки Хаоса - и подавно.

...Когда, минут пятнадцать спустя, ольт негромко сообщил, что первая опасность позади, это вызвало тихий взрыв радости. Башня возвышалась совсем рядом.

Времени у них - не более сорока минут.

На то, чтобы проверить снаряжение и оружие, ушло чуть менее пяти минут. Теперь надо надеяться, что все трое его спутников действительно участвовали в сражении. В настоящем сражении.

Что-то сверкнуло в небе, далеко на юге, и тени на миг стали резче.

Началось. Ольт поднялся, сбросил с себя накидку и быстро двинулся к башне, бесшумный и улыбающийся. Его улыбку никто не видел.

- - -

Ривллим успел спрыгнуть на землю и перекатиться подальше, спасаясь от внезапно ослепшего, обезумевшего коня, который метался по поляне, совершая чудовищные прыжки. Ни стонов, ни ржания - только шелест травы да тяжёлые удары копыт. Воин укрылся за деревьями и смотрел за скачками животного, чей мозг сейчас медленно пожирал огонь. Серебряное пламя, как его иногда называли, одно из самых разрушительных видов оружия. За использование или приготовление - смертная казнь. По крайней мере, в его, Ривллима, время.

Один из прыжков оказался для коня последним: он запнулся и неуклюже повалился наземь. Ноги его ещё некоторое время подёргивались; умер он молча. И тут на поляне показались всадники.

Если их была сотня, то она не очень пострадала от серебряного пламени. Любопытно, подумал Ривллим, что с нами сделают за его употребление? Оправдывает ли война подобное? Знал ли ольт о том, что он нашёл?

Знала ли Фиар?

Ривллим поймал себя на том, что полностью уверен в том, что знала. И именно поэтому использовала. Убеждение было странным, чудовищным и, скорее всего, несправедливым - но крайне стойким.

Шалирит в яркомсверкающем серебряном шлеме был одним из командиров. Он некоторое время беседовал с десятком окруживших его воинов, указывая на павшего коня, на лес и направление, в котором находились деревни.

Сзади послышался оклик. Командир обернулся; один из всадников указывал на очищенный, оживший путевой столб. Выражение брезгливого отвращения появилось на лице шалирита в шлеме и, махнув рукой, он что-то коротко крикнул.

И рухнул наземь, с арбалетной стрелой, вонзившейся в лоб. Ривллим не сразу осознал, что выстрел произвёл он сам. Отбросив арбалет в сторону, он выхватил ослепительно сияющий Лист и, прикинув кратчайший путь к противоположному краю поляны, покинул укрытие. Вперёд, вон той тропой: там приготовлено немало сюрпризов. А затем...

Едва он ступил на поляну, произошло неожиданное. Окружающий мир потемнел, словно Ривллим смотрел на него сквозь закопчённое стекло. Вокруг него самого на траву ложилось небольшое пятно ярко-жёлтого света. Путевой столб стал таким же солнышком во внезапно опустившемся облаке мрака.

Время замедлило свой ход.

Всадники неслись к тому месту, откуда вылетела роковая стрела; кони их медленно и красиво плыли по воздуху. Никто из шалиритов не двигался в сторону, в которой скрылись и не пытался преследовать освобождённыех пленникиов; сейчас их занимал дерзкий противник, осмелившийся бросить вызов большому отряду.

Двигаться было на удивление легко. Ривллим словно стал намного легче - даже слабыенебольшие, казалось бы, усилия позволяли ему передвигаться удивительно быстро. Перепрыгнув через тело своего коня, он перекатился, поворачиваясь лицом к преследователям. Готовый немедленно увернуться от выстрела либо встретить нападающего.

И понял, что на него не обращают внимания. Всадники сосредоточились на том месте, откуда он только что выбежал; двое из них, спешившись, входили под прикрытие деревьев, третий наклонился и указал на брошенный арбалет...

Но никто не обращал ни малейшего внимания на стоявшего в сорока шагах воина с ярко светящимся мечом в руках!

Они не видят его!

Где Фиар? Удалось ли ей спастись? Воин усилием воли отогнал мрачные мысли и быстрым шагом, стараясь не отдаляться от деревьев, направился к развилке. Вскоре он увидел неподвижно лежащие тела людей и лошадей.

И заметил, что один из всадников собирается облить столб жидкостью из чёрной бутылочки. Пробка никак не подавалась, а применить силу он, видимо, боялся. Времени на размышления не было. Ривллим выхватил дротик и метнул.

Он успел заметить, как в глазах его жертвы вспыхнул невыносимый ужас. Нелепо взмахнув руками, шалирит повис в стременах. Бутылочка упала, взорвалась, и над землёй повисло отвратительное облачко чёрного жирного дыма.

Другие нападающие заметили только, как из ниоткуда возник ослепительно сияющий силуэт высокого человека. Метнул дротик (который светился так, что глазам было больно) и... вновь исчез. С десяток стрел устремились туда, где только что был призрак, но - цели они не нашли.

Огненная дорожка пробежала по дальнейму сторонекраю поляны - по той сторонетам, куда скрылись освобождённые - и вот уже стена пламени надвигается на лишённых руководства шалиритов.

Несколько раз свистнули стрелы, всякий раз сбрасывая наземь очередного кочевника. Те открыли беспорядочный огонь, с трудом справляясь с перепуганными конями, но так и не смогли отыскать невидимого стрелка. Кто-то махнул рукой: отступаем!

Оставшиеся в живых развернулись и во весь опор бросились назад. Воин, всё это время стоявший на краю поляны, с Солнечным Листом наготове, проводил всадников взглядом и оглянулся на начинающийся пожар. К его изумлению, огонь уже угас; лишь дымящаяся полоса земли да несколько десятков обугленных деревьев напоминали о том, что здесь только что произошло.

Да трупы на дорогах, на поляне, повсюду.

Ривллим вложил Лист в ножны и мгла, нависшая над миром, начала таять. Одновременно он понял, что чудовищно устал. Сделал пару шагов и опустился прямо на истерзанную, унизаннуюутыканную стрелами землю.

Через минуту на дороге появилась невысокая фигурка в чёрном. Фиар. Она прихрамывала, но лицо её выражало радость. Помахав спутнику рукой, она направилась в его сторону, внимательно глядя под ноги.

- На сегодня всё, - объявила она. - Никогда не было так страшно. Устала - сил нет. Надеюсь, что Вемкам... тьфу, язык сломаешь! Что он знает, что делает. Мы ему уже не помощники.

- Что есть, то есть, - устало согласился воин, вытирая лицо и руки. - Ох и загадили же поляну...

- Зато живы, - равнодушно ответила Фиар. - Куда ты подевался? Ты сразу исчез из виду и я долго не решалась пугнуть их огнём.

Воин молча похлопал ладонью по рукояти меча.

- Надо же, - произнесла девушка с завистью. - Какая отличная вещь. Не умеют они делать арбалеты, - неожиданно заключила она. - Скрип за километр слышно, тяжёлые, корявые. Как они умудрились завоевать так много стран - ума не приложу.

Ривллим достал оставшиеся сухари и воду и они прикончили остатки еды.

- Ну и как тебе война? - спросил Ривллим.

- Отвратительно, - было ответом. - Шум, грязь, вонь... Терпеть не могу лошадей. Да и всадники, похоже, моются только в самом крайнем случае.

Воин покачал головой, глядя, как девушка легла на спину, раскинув руки и ноги, и принялась смотреть в небо.

Он ожидал чего-нибудь другого.

VII.

Ольт не надеялся, что башня будет оставлена без охраны; не думал, что удастся обойтись без боя. Но он также не думал, что охрана будет настолько скверной.

Его спутники помалкивали. Оно и понятно: ползти четверть часа, глядя на ноги и бормоча под нос какую-то чушь про листья на земле и пробегающих по ним муравьёв - не совсем то, чточего они ожидали. Но ему не хотелось рассказывать всякие ужасы про подобные столбы. Последствия иногда проявлялись много позже: даже случайный взгляд мог очень дорого обойтись.

Они перелезли через низенькое ограждение, поразившись, что никто ни разу не показался ни в одном из окон. Привыкли полагаться на столбы? Очень самонадеянно. Впрочем, откуда взяться достойному противнику? Генерал далеко на юге, сил здешних жителей, ни в коей мере не приученныхготовых к войне, не хватит для сколько-либо серьёзного сопротивления. Те, что снабжают эту башню и войска в ней продовольствием, наверняка делают это не из любви к шалиритам. И не обязательно из страха перед ними. Просто земля, на которой они живут, дороже им всего остального...

Ольт тихо вздохнул.

Когда все собрались у шершавой округлой стены, он ещё раз напомнил им, что и как те должны делать. И, мысленно попросив помощи у всех сочувствующих им богов, осторожно выглянул из-за стены. Кончиком мизинца.

Удивительно, но у ворот, открывавших путь наружу, к дороге, вообще не было часовых. Ну что же... Четвёрка скользнула к массивным двойным дверям, открывавшим доступ к помещениям внутри башни, и лишь там натолкнулась на противника - двух стражников.

Спустя полминуты те были надёжно связаны и сложены у стены. Сопротивления они не оказали: после взгляда на Вемкамтамаи руки, ноги и голос отказались служить шалиритам.

Судя по звукам, основная часть гарнизона этажом выше. Дисциплина была в самом плачевном состоянии: ольт готов был поклясться, что там играли в кости, что-то пили и непринуждённо разговаривали.

Все четверо тихо подобрались поближе к двери и встали так, чтобы можно было, в случае чего, отступить. Прислушались.

Всё спокойно.

Ольт готов был дать знак вперёд!, как дверь открылась и наружу выскользнула... девушка. Стараясь выглядеть приветливой и бодрой, она несла в руках большое блюдо со всевозможными объедками. На шее у неё был замкнут массивный железный ошейник. Рабыня.

К счастью для пришельцев, девушка прикрыла за собой дверь прежде, чем увидела нежданных гостей.

- - -

- Сайир, - Ривллим оглянулся. Фиар вовсе не дремала, как ему показалось. - Там, у костра, ты говорил, что на службе.

- Верно.

- Ты по-прежнему на службе?

Воин усмехнулся и взглянул в глаза девушки. Та была сама серьёзность.

- Да, хелауа, по-прежнему.

- Кому ты теперь служишь?

- Городу. Меорну. Вам с Вемкамтамаи. А что?

- Да так, ничего, - Фиар уселась и сладко потянулась. - Куда теперь? Я надеюсь, нам не придётся возиться с трупами? Их так много, а погода такая жаркая...

Ривллим оглянулся.

- Может быть, и придётся, - ответил он. - Встретиться с Вемкамтамаи мы должны здесь. Поэтому, если...

Он вскочил на ноги. Выражение его лица было таким, что девушка рывком поднялась на ноги и в недоумении осмотрелась.

Поляна была пуста.

Ни одного тела. Только помятая трава, вспаханная копытами земля, пятна крови.

Взяв девушку за руку, Ривллим подбежал к дороге.

И там пусто.

- Куда они делись? - спросил он шёпотом и проклял себя за неосторожность. Надо было предполагать, что кто-то из отряда нападавших останется в стороне. Так беспечно улечься отдыхать!

- Не знаю, - шёпотом ответила девушка и вцепилась в его локоть. - Мне страшно.

- Мне тоже, - признался воин. Стояла абсолютная, невероятная тишина. Ни птицы, ни насекомые не издавали ни звука. Было слышно, как бьётся сердце.

Фиар помотала головой и сумела стряхнуть наплывавшую волнами вязкую дурноту. Её спутник, похоже, тоже совладал с обессиливающим наваждением.

- Кто-то ищет нас, - Фиар схватила Ривллима за руку. - Не стой, идём!

Тот кивнул и сглотнул, чтобы проверить - не оглох ли. Нет, со слухом всё в порядке.

Тень опустилась на траву - тень причудливой формы; она легла меж двух их теней, тянущихся одна к другой.

Тяжёлая рука обрушилась на плечо Ривллима. Сдавила так, что почернело в глазах. Сквозь густую тишину прорвался тихий, отчётливый звук - металл, трущийся о металл. Воин обнаружил, что опускается на колено, не в силах противостоять непереносимому давлению. Хрустнули кости. Сейчас сломаются, подумал Ривллим, изо всех сил пытаясь оторвать от себя чужую руку. Что-то опалило его лицо и Ривллим, оттолкнувшись от земли, откатился в сторону, судорожно вдыхая воздух.

Поднялся на колени.

Это стоило огромных усилий. Плечо пылало, словно его окатили кипящим свинцом. Чёрная пелена застила окружающий мир. Скрипнув зубами, воин поднялся, шатаясь, на ноги.

Убитый им не так давно предводитель шалиритов, в великолепном серебряном шлеме, стоял, сгорбившись, нависая над Фиар. Дымящиеся пальцы покойника тянулись к её горлу. Девушка молча сопротивлялась.

Тянулись бесконечно долгие мгновения. Ривллим пытался извлечь меч, но пальцы не желали сжиматься, бессильно скользя по рукояти.

Когтистые и уродливые лапы опустились на горло Фиар.

Та стиснула зубы, нахмурилась, и серебряный шлем словно ожил: засветился, засверкал и потёк кипящими ручейками. Но покойник не обращал внимания на сияющие струйки, прожигающие дорогу сквозь его плоть; он сделал шаг вперёд, прижимая жертву к земле. С его почти полностью уничтоженного лица не сходила злорадная усмешка.

Пламя охватило возвышающееся над девушкой чудовище. Фиар вцепилась в пылающие, распространяющие отвратительный смрад запястья, из последних сил пытаясь оторвать их от горла.

Светло-жёлтая молния рассекла пространство перед её глазами и хватка ослабла. Ещё дважды упал на дважды покойника Солнечный Лист и предводитель шалиритов замер, превратившись в дымящуюся омерзительную груду хлама. Воин подхватил Фиар, едва не упавшую лицом в эту груду и терпеливо ждал, пока к девушке не вернётся дыхание. Руки Ривллима дрожали; больше всего он боялся не опоздать, а промахнуться.

Поляна задрожала под ногами.

Фиар с трудом поднялась на ноги; не в силах произнести ни слова, она лишь кивнула. Держа Лист в правой руке, Ривллим с трудом сохранял равновесие.

Он увидел, как конь, на котором сам ездил совсем недавно, выбирается из-под земли - словно выходит на сушу из моря. Земля расплескивалась, по ней шли волны. Левая передняя нога была сломана, но коню это было нипочём. Конь встал на все четыре ноги, и земля под ним вновь стала прочной.

Фиар глядела на происходящее, не веря своим глазам.

Ривллим смотрел в глаза коню. Ничего живого не было в тех глазах: красное пламя, горящее в окружении колечек мрака. Конь оскалился и ринулся на людей.

Он пронёсся так близко, что их едва не уронило потоком воздуха. Волна запахов сопровождала коня: тяжёлый запах склепа и новый, неприятный - запах дыма, что поднимается от заливаемого водой костра. Фиар отшатнулась и едва не упала. Схватилась за руку Ривллима и вскрикнула от боли в вывихнутых запястьях.

Солнечный Лист разрезал воздух, указав острием на развернувшегося и бешеного мчащегося коня и тот, злобно зашипев, круто свернул в сторону. Ком грязи ударил Ривллима в лицо.

Воин развернулся к коню, продолжая указывать на него острием. Конь пятился, время от времени запрокидывая голову и исторгая из глотки звуки, которые не могло бы издавать ни одно живое существо. Хохот многих голосов, вой урагана, грохот камнепада. Он сверлил человека угольками глаз и тот почувствовал, что он этого взгляда слабость накатывается волнами. Ривллим поспешно отвёл взгляд.

Что делать?

Поискав взглядом пути к отступлению, Ривллим заметил, что веточки на путевом столбе светятся мягким зелёным светом; от самого столба исходило жёлтое сияние, дымкой окутавшее всё на расстоянии пяти-шести шагов от столба.

- Держись, - прохрипел Ривллим и принялся пятиться к столбу, по-прежнему указывая мечом на чудовище, некогда бывшее конём. Последнее держалось поодаль, не переставая оглашать окрестность громкими воплями.

- Taymarz an verei, Ulniar, - произнёс человек, повернувшись к столбу, и жёлтое сияние стало ярче. - Взываю о помощи, о Благосклонная.

Он сделал шаг назад, вступая внутрь светящегося круга, и неожиданно понял, что Фиар не может последовать за ним.

Она стояла на границе круга, изо всех сил пытаясь пробиться к столбу, но что-то не пускало её.

За её спиной конь умолк и нагнул голову, уставившись девушке в спину.

- Проси помощи у Хранительницы! - велел Ривллим.

Фиар, к его величайшему изумлению, отпустила его руку и отрицательно покачала головой.

Конь за её спиной поднялся на дыбы.

- Проси, если хочешь жить, - холодно произнёс Ривллим, глядя Фиар в глаза.

В сине-зелёных глазах мелькнула тень отчаяния и затем... она подчинилась. Сухим, спотыкающимся голосом, повторила только что произнесённую формулу и стена, удерживавшая её, испарилась. Воин едва успел подхватить девушку.

А затем - нагнуться и поднять меч. Конь уже нёсся прямо на столб, вздымая задними копытами огромные фонтаны земли. Воин успел лишь взмахнуть мечом, закрывая собой Фиар.

Ему показалось, что конь налетел на несокрушимую стену. По телу ожившего покойника заструились синие искорки; коня отбросило в сторону. Ещё в воздухе он распался на части, а на землю рухнул уже кучей песка и пыли.

Поляна вновь ходила ходуном; покойники, люди и лошади, выбирались из вязких объятий земли и, пошатываясь, двигались к столбу. Ривллим оглянулся на дорогу. Там творилось то же самое.

- Попались, - произнесла Фиар за его спиной. Девушка стояла, прижимаясь спиной к столбу; чёрно-фиолетовые синяки были щедро рассыпаны по её шее. Чёрная одежда оставалась невредимой.

- Посмотрим, - ответил Ривллим сквозь зубы. - Кости целы?

- Целы, - голос девушки был спокойным и отрешённым. - Только, по-моему, это уже неважно.

- Посмотрим, - повторил Ривллим и поднял меч перед собой, поводил оружием в разные стороны.

Как только острие указывало на нежить, та отступала на шаг, с выражением злобы на лице, а клинок вспыхивал белым.

- - -

Нолл ловко подхватил едва не выпавший поднос; ольт схватил девушку и зажал ей рот ладонью.

- Тихо, - шепнул он ей на ухо. Девушка не сопротивлялась; ольту показалось, что она упала в обморок.

- Моргни два раза, если понимаешь меня, - шепнул он, стараясь, чтобы девушка не видела его лица. - Быстро, у нас мало времени.

Дрожащие ресницы дважды метнулись вниз и вверх.

- Сейчас я тебя отпущу, - продолжал ольт. Двое его спутников встали у двери, готовые поразить того, кто осмелится выйти. - Веди себя смирно и молчи. Иначе погибнем все. Поняла?

Вновь быстрые движения ресниц. Ольт заметил крохотные слезинки, укрывшиеся в уголках глаз. Он опустил левую руку на её шею, нащупывая замок ошейника, и тихо разомкнул его. После чего отпустил дрожащее, насмерть перепуганное существо.

Она оказалась красивее, чем показалось вначале. Портили впечатление лишь излишняя худоба, поломанные ногти да шрамы от многочисленных побоев. Ольт услышал, как Нолл скрипнул зубами.

- В башне есть кто-нибудь, кроме шалиритов?

Отрицательное движение головой.

- Где остальные... рабы?

- В кухне и конюшне, - тихо произнесла девушка. - Меня убьют, если увидят без ошейника, - добавила она совсем тихо, и ноги её задрожали.

- Бегом на кухню. Пусть все, кому дорога жизнь, соберутся там.

Девушка хотела возразить, но, заметив двух связанных стражников, коротко кивнула. Нолл вручил ей поднос и она ловко сбежала вниз по лестнице.

- Как бы глупостей не натворила, - с сомнением прошептал Айрленн, провожая её взглядом. - Неизвестно, чего она больше боится.

- Она из соседней деревни, - хмуро возразил Нолл. Тоже шёпотом. - Я видел её раньше.

- Довольно, - оборвал их ольт и встал у двери. - Приготовились. Даур, слева; Айрленн, справа. Нолл, прикрываешь нам спины.

И, пинком открыв дверь, молнией влетел внутрь.

Право же, охранникам стоило быть поосторожнее.

- - -

- Кто-то управляет ими, - заметил воин, не опуская меча. Нежить столпилась вокруг столба, не решаясь вступить за пределы обозначенного жёлтым свечением круга. От доносившихся из многих разинутых ртов звуков можно было сойти с ума. От запаха, впрочем, тоже. - И этот кто-то совсем рядом.

Он двинулся вокруг столба, держа меч перед собой. Неожиданно... показалось ему? Да нет, действительно: меч ослепительно засиял, стоило ему указать куда-то в направлении дороги.

Та самая сила, что наводит эту мерзость?

Отдельные покойники вызывали слабые белые вспышки; стоило, однако, взмахнуть мечом в направлении дороги, как лезвие засияло так, что стало больно глазам.

- Я вернусь, - Ривллим повернулся к Фиар. - Потолкую кое с кем. Оставайся у столба.

- Нет, - крикнула Фиар, и воин заметил слёзы на её глазах. - Не оставляй меня! Я пойду с тобой! - Она попыталась схватить воина за локоть но, охнув, опустилась на колени, держась рукой за левое запястье.

- Оставайся у столба, - продолжал Ривллим. - Не смотри им в глаза. Старайся ни о чём не думать.

После чего помог ей подняться на ноги и, осторожно взяв её правое запястье, прикоснулся к нему губами.

Девушка замолчала, глядя на спутника широко раскрытыми глазами. Затем кивнула и попыталась улыбнуться. Улыбка ей не удалась.

Дважды взмахнув Листом, Ривллим очистил дорогу и побежал на север. Там, прижимаясь к зрячему столбу, стоялао невысокая фигурка существо в просторном чёрно-белом одеянии. Онао взмахнула рукой, указывая на бегущего к нейму человека.

Нежить оставила столб и поплелась следом за Ривллимом. Часть покойников продолжала кружить вокруг столба. Фиар стояла у столба, крепко зажмурив глаза и прикрыв ладонями уши. Губы её шевелились.

- - -

Появление ольта застало охранников врасплох. Двух из них он сшиб на бегу; оба с размаху стукнулись лбами о каменный пол и выбыли из игры.

Ещё двое попятились от несущегося слепца в набедренной повязке и упали на спину, опрокинув на себя скамью. Всего в помещении оказалось десять шалиритов. Обошлось без жертв: Айрленн, правда, сломал одному из стражников руку. Четверть минуты спустя согнанным в угол шалиритам в лицо уставились их собственные копья, а грозный слепец встал у окна, поигрывая крохотной чёрной бутылочкой.

- Вы знаете, что в пузырьке. Первому, кто шевельнётся, плесну в лицо, - равнодушным голосом пообещал ольт. - Всем лечь на пол, лицом вниз, не шевелиться и ртов не открывать. Больше предупреждений не будет.

- Вас за это... - начал было один из пленников.

Вемкамтамаи неуловимым движением ударил того в лицо и стражник подавился собственными зубами. Выражение лица ольта не изменилось. Ему хотелось, чтобы стражники дали повод привести угрозу в действие, но...

Но он твёрдо помнил, что все имеют право на последний шанс. Поэтому лишь сделал движение, словно намеревался вылить содержимое пузырька, и шалирит вжался окровавленным лицом в камень.

- Связать их и перенести вниз, - приказал ольт. - Этого первым, - указал он на сплёвывающего кровь и зубы стражника.

Обвёл взглядом остальных и улыбнулся во весь рот.

Фиар была права: страх сковывал шалиритов крепче прочих пут. С небывалой покорностью они давали связать себя, заткнуть рот и оттащить вниз.

Ольт намеревался оставить пленников в конюшне: та должна уцелеть. По совести сказать, пленники предпочли бы, чтобы их убили немедленно. Они знали, что их ждёт, если вернувшиеся войска - в сопровождении беспощадных жрецов - застанут их в таком состоянии.

Возможно, что ольт также это знал.

- - -

Человек в чёрно-белом и не думал обороняться. Он спокойно стоял, глядя противнику в лицо. Позади того двигались восставшие мертвецы - неторопливо, неумолимо. Они не нуждаются в отдыхе, от них нигде не скрыться.

Ривллим ударил с плеча, почти не останавливаясь; меч засиял в руках, словно второе солнце... а противник только улыбнулся.

Меч неожиданно легко прошёл насквозь... и воин едва не повалился кубарем. На тонких губах человечка застыла улыбка. Он молча взмахнул рукой кому-то за спиной Ривллима. Только не оборачиваться, сказал самому себе Ривллим. Только не оборачиваться. Второй раз он попытался поразить мечом противника... и меч вновь прошёл насквозь, не повредив ни одежды, ни противника.

Острие меча скользнуло по столбу. Человечек вздрогнул.

Ривллим взглянул на столб.

Вершину того венчало изображение, что не так давно красовалось на предыдущем, очищенном, столбе. Та же уродливая фигурка с телом чудовища и злобным женским лицом. Глаза фигуркиы ярко светились.

Воин размахнулся, чтобы снести и это изображение,.. но человечек скользнул к столбу и, подпрыгнув, прикрыл его собой. Ни столб, ни человечек не пострадали.

Топот за спиной.

Опустив оружие, воин взглянул во внимательные, прищуренные глаза врага и сложил пальцы левой руки в священный знак, призывая Хранительницу на помощь. Меч вздрогнул, а человечек, вскрикнув, прижал ладони к глазам, словно получил удар по лицу.

Свистнул меч и фигурка, рассыпаясь снопом пурпурных искр, покинула столб. Человечек вновь вскрикнул - на этот раз согнувшись пополам, словно от чудовищного удара в живот.

Ривллим бросил взгляд назад. Подоспевшие на помощь мертвецы стояли, не шевелясь.

Ривллим вновь начертил в воздухе священный знак, ощущая, что силы быстро оставляют его. Покойники отшатнулись, закрывая лица руками.

Лезвие Листа коснулось горла стонущего человечка.

- Сдайся и прикажи своим слугам уйти, - велел Ривллим. - Тогда, возможно, останешься жив.

- Зато ты не останешься, - прошипел человечек. Воин чудом успел отшатнуться. Крохотный флакончик пролетел над его головой, разбился о голову стоявшего поодаль мертвеца и того охватило жаркое пламя. Мертвец даже не пошевелился.

Ривллим хотел ещё что-то сказать, но увидел, как пальцы его противника складываются в магический символ, а губы начинают шевелиться.

На этот раз человечка ничто не охраняло.

Ривллиму показалось, что до самого последнего момента его противник не верил в то, что меч способен убить его. Изумление в глазах коротышки длилось недолго.

Голова его скатилась с плеч и остановилась, уткнувшись лицом в траву. Едкий дым окутал останки, и вот уже в пыли лежат кости, облачённые в истлевшую мантию, да ослепительно белый череп валяется неподалёку.

Путевой столб вспыхнул и во мгновение ока сгорел дотла.

А мертвецы пошли волнами, стали полупрозрачными и обратились в неровные кучки пыли. Налетевший ветер смешал её с песком.

Ривллим облизнул потрескавшиеся губы и понял, что никогда в жизни не дышал настолько чистым, свежим воздухом.

Он подошёл, едва волоча ноги от усталости, к столбу и Фиар молча кинулась ему на грудь, не произнося ни слова.

- Honnal vi Ulniar, - громко произнёс воин, удерживая Фиар одной рукой. Другой же отсалютовал столбу мечом, едва не выронив оружие.

Пронёсся порыв ветра, деревья кивнули ветвями. На миг воину показалось, что он видит фигурку невысокойую женщиныу, скользнувшую среди деревьев. Помахав им рукой, она исчезла.

- Что это? - произнесла Фиар, отпуская спутника и глядя в изумлении на свою правую ладонь. На ней, неведомо откуда взявшаяся, лежала крохотная веточка ольхи с тремя листиками.

- Подарок от той, что защитила нас, - ответил Ривллим, улыбаясь. Он сделал над ветвью священный знак, и та в ответ вспыхнула зеленоватым свечением. - Прощальный подарок. Смотри...

Он осторожно прикоснулся веточкой к лицу и шее девушки. Ссадины, порезы и синяки тут же посветлели, затянулись и исчезли. Фиар вздрогнула и прикоснулась к лицу, не веря своим ощущениям.

- Это твоё, хелауа, - воин вручил веточку притихшей девушке, и та осторожно взяла её двумя пальцами. - Не бойся, она не завянет и не сломается.

- Что теперь? - спросила Фиар, не отрывая взгляда от листочков. Казалось, что их покрывает тончайшая жемчужная паутина. На лице девушки было написано смятение.

- Убираемся подальше, - было ответом. - Я теперь и с мышью не справлюсь.

- Я знаю, где можно спрятаться, - заявила Фиар, махнув рукой в сторону, где Ривллиму почудился женский силуэт.

- Ну что же, - воин тщательно вытер Лист и вернул меч в ножны. - Показывай дорогу.

- Ноги не слушаются, - пожаловалась девушка. Воин молча подал ей руку. Надо осмотреть плечо, подумал он. Бой окончился, исчезло напряжение и ноющая, отвратительная боль в плече вернулась. Саднили разодранные в кровь костяшки пальцев.

Фиар крепко сжимала его руку, но в этот раз от неё не исходило никакого жара. Интересно, куда она дела веточку? Карманов в её одежде нет.

- - -

Рабов оказалось пятеро; ещё две девушки, прислуживавшие хозяевам башни, повар и немой конюх. Все они последовали за четвёркой, не задавая вопросов.

- У нас мало времени, - заметил ольт Ноллу, что-то осторожно засыпая камнями возле дорожки, ведущей к главному входу. - Ведите их к западной стене и ждите меня там.

Надежда придала бывшим рабам достаточно сил, чтобы пробежаться до указанного места. Тяжелее всего побег давался старику-повару. Его пришлось перебрасывать через стену на руках Освобождённые изредка, с опаской косились на слепого ольта, который двигался быстрее и точнее зрячих.

Вемкамтамаи вернулся минут через десять.

- Кто-то приближается, - объявил он. - Минут через десять будет здесь. Нужно добраться до столбов.

- Что, снова поползём? - спросил неприязненно Айрленн, почёсывая подбородок. Какими бы скверными сторожами ни были шалириты, оружие у них было отменное. Впрочем, неудивительно: на их империю работали все покорённые государства. Оружейники Запада славились своим мастерством... будь оно неладно.

- Если знаешь другой выход, скажи, - ответил ольт и повернул лицо к вздрогнувшим от неожиданности освобождённым. - Были в башне жрецы?

Немой кивнул.

- Сколько?

Немой поднял указательный палец.

- Он отправился вместе с сотней?

Утвердительный кивок.

- Что ж, - Вемкамтамаи провёл пальцами по губам; морщины на миг пробежали по его лбу. - В таком случае есть шанс. Теперь слушайте...

- Чьи жрецы? - шёпотом спросил Нолл.

Ольт повернулся в его сторону и долго молчал.

- Это имя не стоит произносить вслух, особенно здесь.....

...Когда они ещё ползли по неровной и очень неудобной земле, изрядно уставшие и немного одуревшие от бормотания под нос, за их спинами что-то треснуло, и в зените на несколько секунд зажглось новое солнце. Мелкие камушки забарабанили по листьям и ветвям; один больно ударил ольта по голове. Кто-то вскрикнул за его спиной.

- Не останавливаться, - произнёс ольт. - Не поворачиваться. Вперёд.

Сам он в душе торжествовал победу. Пусть и небольшую. В подвале башни был такой арсенал, что сейчас на её месте должна зиять глубокая воронка. Недавно был дождь, лес загореться не должен.

Итак, у них четыре или пять дней. Если из Шайра заметили взрыв, то даже меньше.

Когда они добрались до лошадей, солнце уже клонилось к горизонту. Погони не было и в помине.

* * *

- Кто идёт? - шёпотом спросил Ривллим и вскочил, выхватывая меч.

- Я, Нолл, - отозвался голос. Оглушительно пели насекомые. Безопасное место, которое выбрала Фиар, оказалось холмом, защищённым с трёх сторон густым лесом. Отсюда прекрасно просматривалась поляна и часть дороги.

- Где остальные? - спросил воин шёпотом. Фиар пошевелилась, и что-то пробормотала во сне. Ривллим укрыл её и повернулся к юноше. Тот тоже изрядно устал. - Отведи лошадь, к ручью. Встретил кого-нибудь?

- Нет, - было ответом. - Вемкамтамаи просил передать, что прибудет завтра к полудню

- Понятно. - Воин вернулся к угасшему очагу и протянул Ноллу то, что осталось от кролика. Вопреки ожиданию, добыть его оказалось не трудно: дичь здесь была непуганая. Одним обещанием меньше.

- Я вижу, вам досталось? - спросил Нолл, с наслаждением вытягивая ноги. - Мы там чуть не...

- Тс-с-с, - воин взглядом указал на Фиар. - Пусть спит.

Нолл кивнул. Наступила пауза.

- День выдался длинным, - признался Ривллим шёпотом. - Кажется, что мы пришли сюда неделю назад.

- Мне тоже, - эхом отозвался юноша и вымученно улыбнулся. - До сих пор не верится, что я жив.

- Ложись отдыхать, - предложил воин. - Часов через пять сменишь меня.

Тот не заставил себя долго упрашивать и вскоре уже спал. Ривллим поправил накидку, которой укрыл Фиар и ощутил исходящий от неё жар. Поправляется, подумал он с завистью. Хорошо быть молодым. Вот у меня плечо будет ещё неделю ныть... попросить, что ли, веточку?

Нет, не стану.

Ночь была на удивление тёплой. И не стало комаров, так досаждавших утром.

Ривллим сидел, глядя на звёзды. А я-то думал, самое страшное позади. Интересно, где мы сейчас?

Или правильнее спросить когда мы?

Если удастся добраться до Меорна, что я скажу Лигввиру, своему полу-легендарному предку? Который, по преданию, сражался рядом с Той-Альером?

Вопросов возникало много. Ответов - ни одного.

Часть 3. Камень Меорна

-- mecenat --

АВТОР всех произвидений на сайте Константин Бояндин