Начало
  Предисловие
  Книги о Ралионе
  Энциклопедия Ралиона
  Подробности

Ралион II: Умереть впервые
14.

33-й день осени 319 года.

Выяснилось, что морская болезнь таинственным образом оставила Таилега.

"Кориам", торговый корабль, два дня назад отчалил от Киннера - благословенны будут боги, что даровали хорошую погоду в такое время - и теперь уверенно направлялся к Оннду.

Цели своего плавания.

Таилег стоял на корме и провожал взглядом рассечённые кораблём волны, изредка появлявшихся птиц (корабль шёл поблизости от берега) да едва различимые очертания Юго-Западных гор слева по курсу.

Что-то тяготило его. Он знал, куда едет (в Алтион, на Золотой Праздник, куда же ещё?), но не знал, почему. "Почему", этот вопрос дураков и мудрецов, неотступно волновал его с самого отправления из Киннера...

...если было оно, это отправление...

...и до сих пор не оставлял в покое. У себя в рюкзаке он нашёл только свои личные вещи, кусок небесного камня, о который он споткнулся в руинах дома Нантора, немного денег, приличного размера золотой самородок...

...неведомо откуда появившийся...

Посое долгого размышления он решил так: переждём праздник и там видно будет. Тем более, что его учитель, Даал, отбыл по делам в...

...по делам ли?..

Заткнись, мысленно зарычал Таилег. Второй голос вступал как бы извне, в нём звучала скрытая насмешка.

Тут неожиданно мир поплыл и Таилег свалился на поручни, неловко стукнувшись коленом о палубу. Пока он приходил в себя, кто-то похлопал его по плечу.

"На, ученик", - подумал Таилег неожиданно.

- На, ученик, - рука Даала протянула пакетик с пастилками.

"Зачем они мне?" - подумал Таилег тоскливо, но отказываться не стал. Пастилка растаяла во рту терпкой горечью. Сейчас вкус был совершенно неуместен.

"Не беспокойся, я здесь случайно", - родилась новая фраза в голове Таилега.

- Не беспокойся, я здесь случайно, - подмигнул Даал. - Едем развлекаться? Давай, такие праздники раз в сто лет бывают. Каникулы пойдут тебе на пользу. - Он пододвинул кресло к себе поближе и уселся, щурясь на полуденное солнце.

- Ты разве не в Алтион?

- Да, но сперва у меня пара дел здесь, в Оннде, - Даал кивнул в направлении носа корабля. Едва заметные очертания Оннда, по левую руку и слабо курившегося вулкана по правую придавали пейзажу фантастический вид. - Да и тебе советую задержаться. Между городами есть прямое сообщение, так что гнать что есть мочи, не придётся. Да, кстати, ученик, я обычно останавливаюсь в "Золотой стреле", когда приезжаю в Алтион. Заходи, поговорим.

Он встал, весело кивнул и удалился в направлении столовой.

Таилег стоял, сжав пальцами оба отворота своей куртки... как вдруг почувствовал что-то холодное под левой рукой.

Осторожно посмотрел, что там.

Булавка красовалась, до половины погружённая в ткань. Её синий камень слабо светился и тончайшие капельки серебра на оправе рассыпали вокруг серебристую радугу.

Тут у Таилега мир почернел во второй раз. Теперь в ушах грянул набат, а ноги налились свинцом. Во рту скопился вкус железа и он, перемещаясь на негнущихся ногах, побрёл в свою каюту. Всё плыло вокруг, но, хвала богам, по пути ему никто не попался.

У себя в каюте он первым делом направился в уборную, как вдруг его отпустило. Музыка, нестройная и навязчивая, звучала в ушах короткой однообразной фразой.

"Заболел", подумал Таилег, но почему-то не испугался. Месяц назад он испугался бы до потери сознания. Ему довелось пережить чёрный мор, но не было никакой гарантии, что он переживёт ещё один.

Он доплёлся до зеркала и встал, глядя в глаза отражения. Музыка постепенно стихала.

Он высунул язык и осмотрел его. Нормальный. Всё как будто в полном порядке... Он придвинулся ближе к стеклу... Нет, не всё. То есть наоборот, слишком в порядке.

Его зубы.

Они были скверными с шести лет, когда Таилег начал есть, что придётся. Их отвратительное состояние приносило ему немало страданий, как моральных, так и телесных, но теперь - теперь все они были безупречными и ослепительно белыми.

"Я сплю", подумал он отрешённо и в голову пришла мысль - уколоть себя булавкой, что ли?

У отражения на шее было застёгнуто тончайшее золотое ожерелье, с пластинкой, изображающей танцующего ящера. Таилег прикоснулся к своей шее и нащупал невидимое иным образом ожерелье. Откуда это взялось?

Не оттуда ли, откуда и булавка?

Не глядя, он расстегнул кармашек пояса, чтобы достать порошки от головной боли, как неожиданно голова прояснилась. Таилег опустил всё же пальцы в кармашек и извлёк тонкий стеклянный пузырёк, почти доверху наполненный прозрачной опалесцирующей жидкостью. А это что, будь он проклят?!

- Серилл олат, - произнёс он слова, не ведая, что они означают и пузырёк в его ладони разгорелся, словно фонарик. Таилег поставил его на столик и плюхнулся в кресло, стоявшее рядом.

Тут мир почернел в третий раз, стремительно, но какая-то часть Таилега всё же осталась, взлетая выше и выше.

Он смотрел, как "Кориам" стремительно падает вниз, как грозные и неторопливые волны уменьшаются, превращаясь в безобидные морщины на лазурном лике океана, как съёживается и проваливается куда-то в недоступную даль весь мир.

После чего рухнул назад, так молниеносно, что страх охватил его - спиралью ввинчиваясь в море, падая на корабль, возвращаясь в своё тело.

И тут же вскочил.

Всё было в полном порядке. Ничто не болело, ничего чуждого не шевелилось в голове.

И память - по крайней мере, частично - вернулась к нему. Он знал, для чего этот пузырёк, хотя и не помнил, кому тот принадлежал. Знал, что провёл около восьми дней в подземелье, где каменные колонны подпирали каменное небо. Но не помнил, что там случилось. Помнил, что на него охотились, но не помнил лиц охотников.

Такая память была всё же лучше никакой.

И булавка.

- Тварь, - произнёс Таилег, дрожа от злости. - Когда ты перестанешь ко мне возвращаться?! - он кричал почти в полную силу.

Но ответа не последовало.

1 2 3

-- mecenat --

АВТОР всех произвидений на сайте Константин Бояндин